Евхаристия

«До конца возлюбил их...»

Евхаристия – это центр христианской жизни. Она так важна для нас, как для священников, так и для мирян, что трудно говорить или проповедовать о ней. Она сама – как жизнь, или как бриллиант. Каждый раз, поворачивая его, мы видим новую красоту и богатство.

В течение двух тысяч лет в разное время выделялись разные аспекты этого таинства, по нуждам верующих или из-за нужд времени. Это богатство Евхаристии. Иногда самым важным был один аспект, иногда другой. Невозможно говорить обо всех аспектах одновременно, но я приглашаю вас размышлять о нескольких аспектах, чтобы Бог мог тронуть ваши сердца и побудил принять то, что полезно для вас и для вашего служения сегодня.

Пиршество

Мы все прекрасно знаем, как радостен брачный пир, когда друзья собираются, разделяют хлеб, веселятся вместе, и разговаривают о событиях семьи и жизни. Наша дружба и связи укрепляются, и мы возвращаемся домой с ощущением, что всё хорошо, или, по крайней мере, терпимо, и что мы можем рассчитывать на поддержку во время страданий. Наша Евхаристия – это пиршество, празднование. Чтобы понять богатство Евхаристии, как и богатство веры, нужен поэтический ум. Для этого нужно открыться метафоре, воображению, поэзии, символу, потому что не существует слов, которые способны прямо говорить о тайне.

Мы осознаем историю пиров в Иудее, как Пасху. Мы вспоминаем о большом пире в доме Матфея с мытарями и грешниками или об угощении Отца для блудного сына. Особенно, мы думаем о Пасхе в Горнице и угощении в Тагбе, у моря Галилейского, «mensa Domini», и, может быть, о вечном пире, предсказанном Святым Писанием. Важно, что мы так служим, так привлекаемся ко Христу и так привлекаем верующих и неверующих к трапезе Господней. Важно, что мы ощущали, что это – наш дом, и «хорошо быть здесь». Мы уже участвуем в славе и вечном пире Святой Троицы.

«В память обо мне...»

Наша Евхаристия всегда время воспоминания о «великих делах» Господа, но это не только мирская история. Мы паломники по пути жизни. Мы наследники патриархов и святых. Мы были рабами в Египте и паломниками в пустыне. Мы пасхальный народ. Каждая месса собирает годы нашей жизни и мы, как предки, делаем «БЕРЕКА», молитву благословения. «Благословен Госполь Бог наш за то, что он посетил народ свой...и.т.д. Величит душа моя Господа, за величия Его...вспомянув милость к Аврааму...»

Особенно, мы вспоминаем, как Иисус отдал свою жизнь за нас, как Он взял хлеб, возблагодарил, преломил, и подал ученикам своим в память своей смерти и воскресения. Мы вспоминаем как по пути в Еммаус, Иисус изъяснял ученикам писание, и как горело в них сердце, и как Он был узнан ими в преломлении хлеба. (Лк.24)

Этот аспект очень важен в церкви сейчас, не только для нашего благочестия, но и для межконфессиональных отношений. Он укоренился в Библии и помогает нам понять, что значит таинство, как обновлять свою веру и как следовать единству Церквей.

Один хлеб – одно тело

Евхаристия – это символ единства, прощения, исцеления и примирения, это приглашение нам жить с миром и любовью, с заботой друг о друге. В современной церкви этому надо дать новую оценку. Мы живем в эгоистической культуре, когда мудрость мира предлагает людям думать о себе. Эта «мудрость мира» полностью противоречит значению мессы. В течении всей мессы, словами и символами, мы ищем прощения, единства и примирения с братьям и сестрами. «Прости нам...как и мы прощаем», «оставь приношение перед жертвенником, иди и примирись с врагом». Мы – один хлеб, одно тело. Мы разделяем знак любви. Вспомним, как в горнице Иисус дал нам новую заповедь, евхаристическую заповедь, «да любите друг друга, как Я возлюбил вас».(Ин. 13.34)

Мы часто вспоминаем об общине в Коринфе, полной даров Духа Святого, и, несмотря на это, между верующими там были расколы и ссоры. Когда Павел услышал об этом, он сразу написал им и объяснил, что такое поведение разрушает Евхаристическую жизнь. Несмотря на хорошую литургическую службу, всё будет напрасно без единства и любви. Нельзя разделить таинство и жизнь, духовную жизнь и социальную ответственность. Это значит, что наша Евхаристия очень требовательна к нам и ко всем верующим. «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою». (Ио.13.34) В ранней церкви, это был замечательный знак: «Смотрите, как эти христиане любят друг друга, и между ними нет бедных».

Жертва

Ощущая слабости и страдании жизни, люди осознают, что значит жертва и знают, и что мы все живем под знаком Креста. Болезнь, бедность, беда, развод, возраст – являются жертвой. Когда мы глубоко ощущаем боль жизни, мы понимаем жертву Христа на Голгофе и мы, как бы, тоже с Ним. На Тайной Вечере, Иисус взял хлеб и вино и сказал:

«ЭТО ЕСТЬ ТЕЛО МОЕ.

ЭТО ЕСТЬ ЧАША КРОВИ МОЕЙ»

Уже в символах, в таинствах, он предал Себя – тело и кровь – всё, как бы говоря: «Сегодня Я даю Себя под видом символа и уйду, а завтра Я дам Себя на Кресте».

И мы, в свою очередь, говорим в церкви: «Это тело Мое. Это кровь Моя. Это моя жизнь». Когда мы уходим с Евхаристического собрания, мы носим раны Христа и обязанность жить по словам: «Это Мое тело отдано за многих, Моя Кровь пролита за многих». Так серьёзна наша Евхаристия. Если мы понимаем это, то не можем относиться к этому таинству с равнодушием.

Присутствие Христа

В средние века, Евхаристия часто становилась спектаклем. Люди не понимали литургию. Их благочестие было собрано вокруг Монстранции и Крестного пути «Corpus Christi». Всё делал священник как представитель народа или представитель Христа, а верующие были пассивными зрителями. В то время сильно развивалась адорация или поклонение Святым Дарам. Наш Папа сказал в горнице, что поклонение Святым Дарам – это важный аспект Евхаристии, и он надеется, что священники часто молятся перед Святыми Дарами. Но это не центральный аспект. Самым главным является собрание верующих со священником и их служба вместе.

Слово жизни для мира

Прекрасным даром Ватиканского Собора является обновление литургии. Перед Собором так много внимания уделяли действиям и формам таинств, что забывали об их богатстве. Самым главным для таинств является Слово Божие. Сакраментализация без евангелизации опасна. Нужно живое слово Божие, чтобы мы полнее участвовали в Мессе и в других таинствах. Без слова Бога литургия вырождается в суеверие, становится сиротой, без истории и без объяснения.

Проповедовать надо так, чтобы наши прихожане смогли принять слово Божие, разделили его, получили от Христа через нас утешение, учение, наставление, исцеление, и чтобы мы все услышали: «Если бы вы ныне послушали гласа Его: «Не ожесточите сердца вашего»». (Пс. 94)

Ite, Missa est!

«Хорошо нам быть здесь». Но идите с миром! Ite, Missa est! Бог посылает вас. Община веры посылает вас.
Вы – тело Христа!

Вы посланы,
полны Духа Святого,
благовествовать нищим,
исцелять сокрушенных сердцем
проповедовать пленным освобождение,
Слепым прозрение,
Лето Господне благоприятное. (Лк.4.18-19)

Слово, хлеб, надежда, направление, обещание, справедливость, мир – всё это часть Евангелия. И мы – Его апостолы. „Noblesse oblige". Положение обязывает! Есть непрерывная связь между Мессой и дарованием спасения и радости людям. Ite, Missa est!

Это совершайте…

«Франциск, восстанови мою Церковь!» Также ясно мы тоже слышим голос говорящий об Евхаристии: «Завершите Мою Мессу». На Евхаристическом Конгрессе в Филадельфии, о. Педро Аррупе, бывший Генерал Ордена иезуитов, выступил с докладом о «Несовершенной Евхаристии». Это было красивое понимание Евхаристии и обращение к нам.

Месса не всегда совершенна потому, что мы не всегда полностью преданны. Мы редко отдаём всё сердце и всю душу; мы приберегаем часть жизни. Месса несовершенна, тогда, когда несколько верующих не приходят или когда мы не привлекаем их. Особенно, месса не совершенна без бедных, без отверженных, без угнетённых, без беженцев, когда им трудно приходить потому, что мы воспрепятствовали им из-за разницы в расе, культуре, религии.

Если нет гостеприимства для всех, нет гостеприимства для Христа. Можем ли мы ставить условия для участия в мессе? У кого-то нет нашего уровня чистоты или нашего порядка. У него другие приоритеты? Почему он не участвует в мессе?

 Совершайте мою Мессу! Ремонтируйте мою Церковь.

Отец Майкл Скрин MSC